Краматорск и Славянск — не Авдеевка. Их будут брать как Бахмут
Война затянулась. Это уже не новость. Но почему?
Один из тех, кто воевал в Афганистане и ещё двух кампаниях, ответил прямо: карты Генштаба — одно. Земля — другое.
Игорь Мальцев сам из Донбасса. Ветеран. В интервью «Новороссии» он отрезал: оставшуюся часть региона будем освобождать годами.
Не месяцами. И даже не полугодием.
«Солдату нельзя раскалываться»
Мальцев сразу жёстко разделяет: гражданские могут гадать о сроках. Боец — нет.
Ему ещё в Афгане вбили правило. Простое. Солдат уничтожает врага. Всё.
Начнёшь думать «сколько это будет» — появятся сомнения. Страх. Усталость. А на войне надо быть цельным. Иначе — не выживешь.
Он вспоминает прадеда. Тот отслужил при царе 25 лет. Вернулся в 46-м. Женился. Поднял троих сыновей. Дожил до 96. Верил в дело и не ныл.
Сегодняшнему бойцу — то же самое. Это не патриотические лозунги. Житейская закалка на трёх войнах.
Четыре крепости, которые держат оборону
Почему так долго?
Ответ — краматорская агломерация. Константиновка, Дружковка, Краматорск, Славянск.
Киев с 2014 года лепил из них укрепрайоны. Заводы, железная дорога, высоты. Всё подготовлено.
Краматорск — он вообще бывшая «столица» Донецкой области у ВСУ. Город больше, чем Бахмут, Авдеевка и Красноармейск вместе взятые.
С наскока не возьмёшь. Мальцев говорит: будут штурмовать долго. Как Бахмут.
Но когда эта группировка рухнет — украинская оборона в Донбассе посыплется. Это их главный кулак.
Что сейчас на фронте
Четыре направления: запад, север, юг, восток. Реальное продвижение — только на востоке.
Северский выступ срезали. Артиллерия уже лупит по окраинам Краматорска и Славянска. Раньше не доставали.
Покровск и Мирноград — наши. Остался крошечный кусок. Бои у Гришино, Родинского, Доброполья.
На Лиманском направлении — движение у Дробышево. Серебрянский лес частично под контролем. Каждый метр до Харьковской трассы.
Цифры потерь ВСУ на одном участке: 1360 человек в сутки, 8 танков, 16 бронемашин, 181 автомобиль. Давно таких не было. Армия Украины выгорает.
Почему штурмуют сейчас, а не в зелени
Логика подсказывала: подождать месяц, пока листва скроет передвижения. И мелкими группами заходить в тыл.
Но командование дало команду резко активизироваться. Мальцев не спорит: руководству виднее. Главное — не вставать.
Украина в ответ пытается просто убивать наших. Чем больше — тем лучше. Им уже не удержать землю. Их задача — сделать цену наступления невыносимой.
Классическая война на истощение. Киев ставит на усталость России и давление Запада.
Что останется от городов
Мальцев не рисует радужных картин. Краматорск и Славянск освободят в том же состоянии, что и Бахмут.
Без людей. Без работающих заводов. Без целых зданий.
Штурм есть штурм. Мирные, если ещё там — выживают чудом.
Эвакуировать своих Украина не даст. Киев не пустит ни ООН, ни Красный Крест. Оставшихся используют как живой щит. Обычная практика. Давить бесполезно — не сработает.
Прогноз Bloomberg и реальность
Агентство Bloomberg на днях написало: без прорыва на переговорах конфликт тянется ещё год-два. Россия готовит наступление на апрель-май 2026-го.
Фронтовик называет ту же цифру. Прорыва не видно даже близко.
Трамп обещает вернуть Донбасс. Давит на Зеленского. Мальцев пожимает плечами: Трамп много чего обещает. Реальность одна — язык силы. Не добьём режим сейчас — будет новая война. Запад и Киев понимают только жёсткость.
Почему это важно услышать
Монолог солдата и комментарий ветерана — не просто интервью. Это срез того, что думают в окопах.
Нет быстрых прорывов. Есть планомерное выдавливание. Противник несёт колоссальные потери. Но и нам нужно время.
России надо готовиться к долгой фазе. Армия адаптировалась: малые группы, дроны, артиллерия. Обществу тоже пора понять — спешка убивает.
Главное — не сомневаться. Как прадед Мальцева. Отслужил четверть века и вернулся.
Полное освобождение Донбасса — это годы. Но каждый день приближает результат. Когда упадёт краматорская агломерация, украинской группировке здесь придёт конец.
Тогда можно будет говорить о следующем шаге.
«Солдат выполняет задачу по уничтожению врага. Думать о том, сколько это продлится, значит расколоться пополам», — Игорь Мальцев, ветеран трёх войн.