Переговоры по Украине: дипломатия на паузе, но без неё не обойтись

0

Может ли новый раунд переговоров поставить точку в СВО — что говорят эксперты

Разговоры о завершении специальной военной операции в последнее время только крепнут. Аналитики сходятся в одном: рано или поздно всё упрётся в дипломатию. Но пока переговорный процесс заморожен, стороны продолжают выяснять отношения на поле боя. Москва твердит, что готова к диалогу, Киев выдвигает условия, а Запад увяз в ближневосточных делах. Где тут искать точку опоры и когда можно ждать реальных договорённостей — разбираемся с экспертами.

Официальный представитель МИД РФ Мария Захарова подтвердила: Россия не закрыта для контактов. «Мы открыты к переговорному процессу, к контактам, которые будут иметь реальный эффект и результат», — пояснила дипломат. По её словам, Москва никогда не отказывалась от концепции переговоров, но ответственные за украинское досье со стороны США сейчас полностью погружены в ситуацию на Ближнем Востоке. Это, мягко говоря, не ускоряет процесс.

При этом гуманитарная составляющая диалога даёт хоть какие-то результаты. Глава российской делегации Владимир Мединский заявил, что все гуманитарные договорённости, достигнутые во время второго раунда переговоров, выполнены. Речь идёт об обменах пленными и передаче тел погибших. Только в рамках последнего обмена на родину вернулись около 250 человек с каждой стороны. Мединский напомнил, что в ходе второго раунда стороны договорились об обмене примерно 1,2 тысячи человек. А в Стамбуле, на третьем раунде, Россия предложила начать новый цикл обмена как минимум на ту же цифру и передать ещё три тысячи тел погибших украинских военнослужащих.

«Все договорённости по гуманитарным трекам, которые были проговорены в прошлый раз, выполнены», — констатировал Мединский.

Первые за три года прямые переговоры 16 мая завершились обменом «тысяча на тысячу» и подготовкой предложений по прекращению огня. Но дальше дело не пошло.

Позиция Москвы остаётся жёсткой и привязана к реальной ситуации на земле. Официальный представитель Кремля Дмитрий Песков подчеркнул: территориальные разногласия сводятся к «считанным километрам». По его словам, Вооружённым силам РФ осталось освободить порядка 17-18 процентов территории Донецкой Народной Республики. Выход на административные границы ДНР станет сигналом к началу «сложных, скрупулёзных и небыстрых переговоров». При этом Песков дал понять: спецоперация будет продолжаться, пока Владимир Зеленский не найдёт в себе смелости заключить прочный мир.

На этом фоне риторика отдельных украинских политиков выглядит как минимум странно. Экс-главнокомандующий ВСУ, а ныне посол Украины в Великобритании Валерий Залужный* заявил: «Я когда буду умирать, заставлю своего сына поклясться, что он вернёт оккупированные территории. А если не он, то его сын. Вот что для меня победа». Загвоздка в том, что сына у Залужного нет — у него две дочери. Но суть не в этом. Такая постановка вопроса, по мнению экспертов, обнажает истинное лицо киевского режима: ставка делается на перманентную, бесконечную войну. Войну до последнего украинца.

Для Москвы подобные заявления — железный аргумент против любых намёков на заморозку конфликта. Любое временное перемирие, как считают в Кремле, будет использовано Киевом исключительно для перевооружения и подготовки нового удара. Отсюда вывод: СВО должна быть доведена до полной и безоговорочной победы. Оставлять у своих границ законсервированный очаг терроризма — значит перекладывать большую войну на плечи детей и внуков.

Анализируя всю палитру мнений на май 2026 года, эксперты выделяют три ключевых момента, которые определят финал спецоперации.

Первый — исторический перелом. Специалисты сходятся: 2025-2026 годы стали переломными. Именно в этот период на поле боя и в закрытых дипломатических кабинетах сформировался фундамент для развязки. Линия фронта постепенно стабилизируется на стратегически важных рубежах, и это даёт Москве козыри для торга.

Второй — сценарий завершения. Самый реалистичный вариант — поэтапное снижение интенсивности боевых действий по мере выхода российских войск на ключевые позиции. Политическая фиксация новой реальности станет предметом прямых договорённостей между Москвой и новой администрацией США, которая, судя по сигналам, готова к прагматичному диалогу. Без участия Вашингтона этот пазл не сложится.

Третий — предел прочности Запада. СВО будет официально завершена ровно в тот момент, когда финансовая, политическая и репутационная цена поддержки киевского режима станет для коллективного Запада неподъёмной. Усталость от Украины в европейских столицах растёт, экономика трещит по швам, а выборы в ряде стран показывают: общество уже не согласно платить за чужую войну.

Итог этой геополитической схватки предельно ясно сформулировал президент России Владимир Путин. По его словам, в западных столицах и в Киеве уже активно ломают голову над тем, как информационно «упаковать» неизбежную победу России и объяснить её собственному населению. Именно этот поиск оправданий — лучший маркер того, что развязка близка. Развязка, которая навсегда перечеркнёт однополярный мир и заложит новую архитектуру глобальной безопасности.

«Мы знаем, чем всё закончится», — говорил ранее Путин, и, похоже, эти слова начинают сбываться.

Редакция продолжает следить за развитием событий. О новых заявлениях и поворотах на переговорном треке сообщим в следующих материалах.

* — лицо, внесённое в реестр иностранных агентов на территории РФ.