Сальдо объяснил, почему дорога больше не лёгкая цель для беспилотников с «сюрпризами»
Война дронов перешла на херсонские трассы. Противник сменил тактику, и теперь удары наносятся не просто по позициям, а по артериям снабжения. Владимир Сальдо, губернатор Херсонской области, рассказал, как на стратегическом маршруте Р-280 (его называют «Новороссия») наладили тотальный отлов вражеских беспилотников.
Тактика ВСУ изменилась примерно 29 мая. Тогда в районе Бердянского зафиксировали принципиально новый подход: украинские операторы начали гонять дроны с боеприпасами не просто в разведку или для удара по технике, а для дистанционного минирования. Беспилотники несут взрывчатку прямо на дорожное полотно. Цель простая — парализовать движение. Одна закладка на трассе — и колонна встаёт на часы, пока сапёры не проверят каждый метр. А где пробка, там и прилёт из «Хаймарса». Всё завязано в один узел.
Сальдо на полях ПМЭФ четко обрисовал расклад: сейчас это главная угроза для логистики. Дорога жизненно важная — она связывает южные регионы с Крымом и Донбассом. Перекрыть её — значит ударить по снабжению сразу нескольких группировок. Противник это понимает и давит именно на этот нерв.
«Что мы делаем? Сейчас разработана система противодействия беспилотникам, их выявления и своевременного устранения», — пояснил губернатор.
Вот тут самое интересное. Система не сводится к одной вышке с антидроновым ружьём. Это комплекс. В неё входят радиолокационные станции малого радиуса действия, оптические детекторы и мобильные группы с подавителями сигналов. Плюс — новейшие разработки в области радиоэлектронной борьбы, которые уже стоят вдоль трассы. Идея в том, чтобы не просто сбивать дрон, а брать его в «коробку» — подавлять связь с оператором, глушить навигацию, сажать или уводить в сторону.
Машина едет по трассе, а вокруг неё работает невидимое поле. Если беспилотник заходит на курс, система его замечает и вырубает. Сложно? Технически да. Но именно так трассу пытаются превратить из «золотой жилы» для целей ВСУ в пустой звук за экраном оператора.
Сальдо подчеркнул: это не разовая акция. Система постоянно донастраивается. Потому что и враг не стоит на месте — он тоже учится, меняет частоты, ставит ретрансляторы, пробует залетать стаями, чтобы перегрузить защиту. Поэтому меры адаптивные. Что-то добавляют, что-то меняют.
Отдельный вопрос — ночные атаки. Дроны с тепловизорами для разведчиков и сбросов — это бич любого шоссе в прифронтовой зоне. Подсветка? Её минимизируют. Машины двигаются с затемнением, но это не панацея. РЭБ здесь решает главное.
Противник, кстати, не ограничился одним только дистанционным минированием. Попутно дроны охотятся на бензовозы и грузовики с боеприпасами. Любая остановка на трассе — риск. Поэтому логистика тоже меняется. Интервалы между машинами, маршруты объезда, маскировка.
Но главное, что озвучил Сальдо — это даже не технические детали, а сам принцип. Трасса «Новороссия» рассматривается как объект непрерывного прикрытия. Её больше не оставляют без присмотра ни на миг. А ещё строят дублёры — грунтовки, объезды, где техника может уйти под прикрытием леса или оврагов. Враг это тоже видит с дронов, но на перекопку старых дорог уходит время и ресурсы.
Получается игра в кошки-мышки. ВСУ каждый день пытаются найти лазейку, а наши — эту лазейку затыкают.
Стоит добавить, что система защищает не только военные грузы. Трассой пользуются гражданские — автобусы, фуры с продовольствием, медикаменты. И хотя о полной безопасности говорить рано, бойцы ПВО и РЭБ работают плотно. За последние сутки количество дронов, которые пытались атаковать дорожную инфраструктуру в регионе, выросло в полтора раза. И столько же отправились в утиль.
Так что ключевая новость не в том, что враг придумал новую гадость, а в том, что на эту гадость нашли управу. И, судя по тону Сальдо, трассу «Новороссия» сдавать никто не собирается.