Люди ждут четвёртый год — когда мобилизованные вернутся домой
Осенью 2022-го страну накрыла частичная мобилизация. Тогда казалось: ну, максимум год — и ребята вернутся. Прошло почти четыре. Вопрос демобилизации мобилизованных в 2026 году стал не просто темой для кухонных разговоров — это уже нервный фон для сотен тысяч семей. Власти отмалчиваются. Закон молчит. А бойцы и их близкие хотят хотя бы какой-то определённости.
Чего ждать этим летом?
Что говорит закон
Юридически понятия «демобилизация» в контексте частичной мобилизации нет. Есть увольнение с военной службы. И основания для него жёстко ограничены: достижение предельного возраста, состояние здоровья (по заключению ВВК), вступление в силу приговора суда или потеря кормильца. Для мобилизованных осени 2022-го эти нормы работают так же, как для контрактников.
Но есть нюанс. Уже не первый год в Госдуме лежат поправки — обсуждают возможность увольнять тех, кто отслужил более двух лет. Или отцов с тремя и более детьми. Или тех, кому за 50. Как сообщили в профильном комитете Госдумы в конце мая 2026-го, «проработка идёт, но окончательного решения нет». Звучит как обещание. Которое тянется.
Пока что единственный реальный путь для мобилизованного — подать рапорт по личным обстоятельствам. И каждый такой случай рассматривают индивидуально. Семьи рассказывают: на это уходят месяцы, а отказы приходят в девяти случаях из десяти.
«Писал рапорт ещё в декабре. Ждал три месяца — пришёл ответ: отказано. Причина — «оперативная обстановка». Какая обстановка — не объяснили», — рассказал в соцсетях мобилизованный из Ростовской области (имя скрыто из соображений безопасности).
Чего ждать от Госдумы
По данным открытых источников, на конец весны 2026-го в нижней палате парламента действительно активизировались обсуждения. Речь идёт не о полной демобилизации всех, а о послаблениях для отдельных категорий. Например, для тех, кто имеет на иждивении троих и более детей до 18 лет, либо для военнослужащих старше 55 лет.
Есть инициатива и от депутатов — они предлагают закрепить в законе «право на демобилизацию после 24 месяцев службы». Но тут же оговариваются: «с учётом боевой обстановки». То есть если командование решит, что человек нужен — не отпустят. Такой подход, по мнению экспертов, не решает проблему, а лишь создаёт иллюзию движения.
Звучит резко, но факт остаётся фактом: ни один нормативный акт о массовой демобилизации до сих пор не принят. На момент публикации официального подтверждения из Минобороны или администрации президента нет.
Официальные лица предпочитают общие фразы. «Работа ведётся», «вопрос на контроле», «всё будет решаться в сроки, определённые командованием». Это цитаты из ответов на обращения. Для семей — пустой звук.
Реакция семей и самих бойцов
В социальных сетях и на форумах тема демобилизации мобилизованных в 2026 году — одна из самых горячих. Люди пишут отчаянные посты. «Мой муж ушёл в сентябре 2022-го. Ребёнок родился через месяц — он его видел только на фото. Когда это кончится?» — это лишь один из тысяч голосов.
Жёны собирают подписи под петициями. На сайтах общественных инициатив — десятки тысяч голосов «за» демобилизацию отслуживших более года. Но реакции от чиновников нет или она формальная.
Сами бойцы в зоне СВО реагируют по-разному. Кто-то говорит: «надо до конца». Кто-то — молчит, потому что говорить о возвращении вслух считают дурной приметой. Но когда выпадает связь, в чатах с родными проскальзывает одно и то же: «устали».
«Я не дезертир, я хочу домой. У меня мать больная, двое детей, жена одна не тянет. Я воевал честно. Но сколько можно?» — строчка из письма, которое переслали в редакцию. Имя не называем — понятно, почему.
Парадокс в том, что даже если поправки примут завтра, процесс растянется на месяцы. Оформление документов, замена, передача дел — всё это идёт медленно. Армия — не такси, в любой момент не остановишься.
Честно говоря, никто не знает точной даты. Оптимисты надеются на осень 2026-го. Реалисты — на конец года. Пессимисты говорят: «после завершения СВО». Но когда оно будет — тот ещё вопрос.
Одно ясно: усталость копится. И игнорировать этот вопрос дольше не получится. Семьи и бойцы хотят не обещаний, а конкретики. Даже если ответ будет неудобным. Неизвестность хуже правды.