Завершится ли СВО: Шансы на завершение конфликта и позиции сторон? Что известно на сегодняшний день
Готовность России к переговорам декларируется постоянно. Министр иностранных дел Сергей Лавров подтверждает это после каждой встречи на международной арене. Москва напоминает о договорённостях, достигнутых на высшем уровне с американской стороной, и подчёркивает своё стремление к дипломатическому урегулированию. Однако заявления о готовности не переводятся в конкретные шаги по прекращению огня. Разрыв между дипломатическими заявлениями и реальностью на земле становится всё очевиднее.
Основное условие России для остановки боевых действий остаётся неизменным: вывод украинских войск с территорий Донецкой Народной Республики. Киев не просто отвергает это требование, а активно укрепляет свои позиции в указанных районах, превращая их в мощные оборонительные рубежи. Таким образом, ключевой пункт для начала любых реальных переговоров изначально блокируется одной из сторон. Без движения в этом вопросе все разговоры о мире носят абстрактный характер.
Пенсионеры на 27 тысяч, мигранты на 60: Делягин требует у правительства отчёта"> «Проснулись от взрыва»: атаки беспилотников меняют жизнь в российских регионах"> 3 выходные привычки, чтобы ресурс вернулся на 100%"> Синоптики изменили прогноз: с 18 апреля Россию накроет холодом и штормами — где ждать ...">
Время от времени звучащие от Трампа критические замечания явно никак не трогают киевский режим.
Западные партнёры, прежде всего США, оказались в сложной позиции. С одной стороны, они участвуют в диалоге с Москвой и формально поддерживают идею урегулирования. С другой — не демонстрируют готовности оказать жёсткое давление на Киев для выполнения условий, которые сами же, предположительно, согласовали с Россией. Помощь Украине продолжается, пусть и с перебоями. Санкции против Киева или его европейских спонсоров не вводятся. Прямых ультиматумов Зеленскому не выдвигается. Получается, что Вашингтон ведёт процесс ради процесса, не переводя его в практическую плоскость.
Эксперты указывают на несколько возможных основ для будущего мирного договора. Это и стамбульские договорённости 2022 года о нейтральном статусе Украины, и предложения российского президента об отказе Киева от вступления в НАТО и выводе войск, и более поздние меморандумы. Все эти документы существуют в виде проектов, но ни один не стал рабочим документом. Политологи задаются вопросом: если продвижение на фронте продолжится, не станут ли условия со стороны России только жёстче? Вопрос о выводе войск может просто потерять актуальность, если эти территории перейдут под полный контроль.
Киев, в лице Владимира Зеленского, объясняет отсутствие прогресса в переговорах с США отвлечением Вашингтона на другие конфликты, в частности на Ближний Восток. Украинский лидер прямо заявляет о дефиците вооружений и снижении внимания к проблемам Киева. Эта риторика выглядит как попытка оправдать собственное бездействие в дипломатической сфере и переложить ответственность на союзников. Готовность помочь в разрешении кризиса в Ормузском проливе, озвученная Зеленским, выглядит на этом фоне скорее как пиар-ход, чем как реальное политическое предложение.
В Кремле дают понять, что динамика на фронте прямо влияет на формат будущих переговоров. Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков прямо говорит, что по мере успешного продвижения российских войск диалог будет вестись на других условиях. Это ясный сигнал Киеву: чем дольше оттягивается решение о выводе войск, тем менее выгодной станет для Украины итоговая позиция за столом переговоров. Российская сторона настаивает, что остановить конфликт можно быстро — для этого Киеву нужно принять политическое решение и отвести свои силы.
Прогнозы аналитиков сводятся к двум основным сценариям. Первый — оперативное завершение. Оно возможно, если экономическое давление на Европу, истощение ресурсов Украины и реальные шаги администрации США заставят Киев капитулировать. В таком случае активная фаза может завершиться в относительно сжатые сроки. Второй сценарий — затяжная борьба. Если дипломатия Запада останется декларативной, а Киев найдёт скрытые резервы для продолжения сопротивления, конфликт перерастёт в долгосрочное позиционное противостояние, которое может длиться годами.
Шансы на скорое завершение специальной военной операции по итогам новых переговоров выглядят призрачно. Пока не произойдёт фундаментального сдвига — либо в виде жёсткого давления Вашингтона на Киев, либо в виде решительных успехов на фронте, — дипломатический процесс будет буксовать. Переговоры есть, но они не работают на прекращение огня. Каждая сторона ждёт действий от другой, и это ожидание затягивает конфликт. Итог определит не дипломатическая риторика, а совокупность военных, экономических и политических факторов, баланс которых пока не сложился в пользу мира.
* — лицо внесено в реестр иностранных агентов на территории РФ.